21:51:35 19°C
  • USD - 482,28 ֏
  • EUR - 568,13 ֏
  • RUB - 6,53 ֏
  • "Карабахский маятник": Маркедонов - об угрозе новой войны на Южном Кавказе и влиянии эскалации на международную безопасность

    13:31 5 Август 2022

    Ведущий научный сотрудник Центра евро-атлантической безопасности Института международных исследований МГИМО Сергей Маркедонов проанализировал эскалацию напряжения в Нагорном Карабахе последних дней. В статье, опубликованной Forbes, политолог задается вопросами о том, можно ли сегодня говорить об угрозе нового масштабного вооруженного противостояния между двумя кавказскими государствами, и как эскалация повлияет на региональную и международную безопасность.
    Агентство "Новости-Армения" приводит текст статьи Маркеоднова с купюрами.

    Системные причины
    "Обострение в Нагорном Карабахе случилось немногим более двух недель спустя после встречи министров иностранных дел Азербайджана и Армении Джейхуна Байрамова и Арарата Мирзояна в Тбилиси. Эти переговоры стали знаковым событием. Они были первым опытом общения тет-а-тет глав МИДов двух кавказских республик после «осенней войны» 2020 года. По окончании встречи не было недостатка в оптимистических комментариях относительно выхода мирного процесса на новый уровень, но реальность оказалось более мрачной. Почему же дипломатические усилия не получили своего продолжения?
    Специалисты по проблемам безопасности Кавказского региона сходятся в том, что в ноябре 2020 года баланс сил в Нагорном Карабахе радикально изменился в пользу Азербайджана. Действительно, тогда семь районов вокруг Нагорно-Карабахской республики и ряд населенных пунктов внутри нее вернулись под юрисдикцию Баку. Ереван фактически утратил свой неофициальный статус гаранта самопровозглашенного образования, передоверив определение вопросов безопасности на его территории российским миротворцам. Однако политико-управленческая структура республики, включая и ее силовые структуры, сохранилась. И это Азербайджан категорически не устраивает.
    Баку опасается, что после военной победы полное восстановление контроля над Нагорным Карабахом может затянуться на годы. В сконцентрированном виде этот подход был представлен президентом Ильхамом Алиевым во время совещания по итогам первого полугодия 2022 года. Оно прошло за день до встречи Байрамова и Мирзояна в Тбилиси. По мнению азербайджанского лидера, Ереван явно затягивает с «демилитаризацией», то есть выводом армянских сил с карабахской территории, а Россия в недостаточной мере «принуждает» своего стратегического союзника к этому. И хотя уже после выступления Алиева секретарь Совбеза Армении Армен Григорян заявил о готовности завершить вывод подразделений его страны, значительных улучшений «на земле» не произошло. Более того, актуализировалась тема дорожных коридоров, связывающих Степанакерт и Ереван. Баку предлагает армянской стороне пользоваться теми коммуникациями, которые возвели азербайджанские специалисты. Налицо стремление как можно скорее закрыть тему карабахской «самости».
    Но Ереван такой вариант не устраивает. Сегодня армянская сторона не в том положении, чтобы диктовать условия. Однако она, даже выражая готовность к «снижению планки» требований по статусу Карабаха, не может отказаться от этой темы вовсе. Что бы кто ни говорил о слабости армянской оппозиции и отсутствии среди ее лидеров новых лиц, Карабах — слишком острая тема, чтобы о ней можно было молчать. Тем более что для Армении, помимо статуса НКР и карабахских армян, важны вопросы о демаркации и делимитации госграницы и тесно связанная с карабахской проблемой «нормализация» отношений с Турцией.
    При этом и азербайджанское, и армянское руководство находится под жестким общественным прессингом, даже если таковой и не оформлен в виде партийно-политических структур. В Баку недовольны тем, что всякий раз вынуждены считаться с российскими миротворцами и согласовывать с ними все свои шаги в регионе, который рассматривается как неотъемлемая часть Азербайджана. В Ереване же от тех же самых миротворцев ждут большей четкости, последовательности и жесткости. Ожидания разные, а критические стрелы по факту направляются в одну и ту же мишень. Пространства для маневра в таких условиях почти не остается. В том числе и для России, участвующей в «специальной военной операции»* на Украине. Ранее такого большого влияния внешних факторов на положение дел в Карабахе не было.

    Тестирование оппонента
    И все-таки не стоит спешить с выводами о неизбежности новой войны. За последние два года в Карабахе и в армяно-азербайджанских отношениях поменялось очень многое. Однако неизменным остался алгоритм «маятника», если под таковым понимать регулярные колебания между переговорами и нарушениями перемирия. Эта традиция сложилась задолго до 2020 года, но и новый статус-кво, ее по сути, не изменил. Есть по-прежнему разные представления о целях урегулирования конфликта, а изменение баланса сил в пользу Азербайджана поменяло стилистику общения представителей Баку и Еревана, но не суть подходов к тому, «как нам обустроить Карабах». По-прежнему такое обустройство видится в максималистском ключе, только ресурсы у сторон сегодня распределены явно не в пользу Армении.
    И если в первые месяцы после оглашения Трехстороннего заявления по Карабаху Владимира Путина, Ильхама Алиева и Никола Пашиняна эксцессы возникали преимущественно вдоль армяно-азербайджанской границы, то затем и на карабахской земле режим хрупкого перемирия стал все чаще нарушаться. В марте 2022 года произошел инцидент вокруг села Фаррух (Парух - арм.), а сейчас, в августе, — в районе Лачинского коридора. Что тем не менее не помешало ни переговорам лидеров Азербайджана и Армении в так называемом «брюссельском формате» (при посредничестве председателя Евросовета Шарля Мишеля), ни постоянным их контактам с российским президентом Владимиром Путиным, ни встречам министров (тет-а-тет и при модерации их российского коллеги Сергея Лаврова), ни обсуждению планов по демаркации госграницы и подписанию мирного договора между Баку и Ереваном.
    Таким образом, налицо стремление дополнить дипломатические усилия фактором силы, протестировать оппонента для того, чтобы затем за столом переговоров добиться более выгодных условий. Впрочем, признание этого факта — не повод для самоуспокоения. В апреле 2016 года и в сентябре 2020-го такое тестирование перерастало в масштабные противостояния, одно из которых радикально изменило региональный расклад сил. Но, похоже, не изменило подходов к самим принципам урегулирования. Они так и не стали принципами поиска уступок и компромиссов."

    Об эскалации напряженности на линии соприкосновения в Арцахе
    Обострение на линии соприкосновения в Арцахе началось 1 августа с 9.00, когда на ряде участков северной и северо-западной границы Арцаха азербайджанские подразделения прибегли к провокациям и попыткам перейти линию соприкосновения, которые были пресечены силами подразделений Армии обороны.
    3 августа азербайджанские ВС с утра обстреливали боевые позиции Армии обороны и место постоянной дислокации одной из воинских частей, применяя минометы, гранатометы и ударные БПЛА, в результате чего погибли два военнослужащих-контрактника, ранены 19 солдат. Президент Арцаха Араик Арутюнян 3-го августа объявил частичную военную мобилизацию.
    МИД Армении в заявлении в связи с обострением ответил на обвинения Азербайджана относительно Лачинского коридора и невыполнения договоренностей трехстороннего соглашения. Ведомство констатировало, что в зоне ответственности российских миротворческих войск была осуществлена агрессия, в результате которой есть погибшие и раненые.
    В МИД считают недопустимыми попытки официального Баку в одностороннем порядке изменить правовой режим в Лачинском коридоре, определенный пунктом 6-й трехсторонней декларации от 9 ноября и подтверждают, что проходящий через Лачинский коридор маршрут, связывающий Армению с Арцахом, может быть изменен только по плану, утвержденному подписантами заявления от 9 ноября 2020 года. 

    СТАРАЯ ВЕРСИЯ САЙТА

    Новостная лента